?: Ваш пыл похвален, но опасен. Вы говорите «лучше»? Давайте определимся с терминами. Да, чувствительность нейросети в обнаружении узелков в легких выше — 96% против 85% у человека. Но что насчет специфичности? ИИ часто видит то, чего нет, выдавая ложноположительные результаты. Вы готовы оперировать здорового человека на основании «вердикта» алгоритма? Или, что еще хуже, алгоритм может пропустить атипичную форму рака, которой его не обучили. Проблема в том, что мы имеем дело с «черным ящиком». Мы не всегда понимаем, на основании каких признаков ИИ принял решение. Если врач ошибается, мы можем проследить ход его мысли, созвать консилиум. Если ошибся алгоритм — мы просто получаем бинарный ответ без диагностической логики. И главное: кто возьмет за это юридическую и этическую ответственность? Не нейросеть же. Ни одна страховая компания не оплатит иск к алгоритму. Вся тяжесть ляжет на плечи конкретного врача, которого государство или частная клиника заставят довериться машине. Пока мы не ответим на вопрос «Кто платит за ошибку ИИ?», любые разговоры о превосходстве нейросетей над человеком в клинической практике преждевременны.
?: Ваш пыл похвален, но опасен. Вы говорите «лучше»? Давайте определимся с терминами. Да, чувствительность нейросети в обнаружении узелков в легких выше — 96% против 85% у человека. Но что насчет специфичности? ИИ часто видит то, чего нет, выдавая ложноположительные результаты. Вы готовы оперировать здорового человека на основании «вердикта» алгоритма? Или, что еще хуже, алгоритм может пропустить атипичную форму рака, которой его не обучили. Проблема в том, что мы имеем дело с «черным ящиком». Мы не всегда понимаем, на основании каких признаков ИИ принял решение. Если врач ошибается, мы можем проследить ход его мысли, созвать консилиум. Если ошибся алгоритм — мы просто получаем бинарный ответ без диагностической логики. И главное: кто возьмет за это юридическую и этическую ответственность? Не нейросеть же. Ни одна страховая компания не оплатит иск к алгоритму. Вся тяжесть ляжет на плечи конкретного врача, которого государство или частная клиника заставят довериться машине. Пока мы не ответим на вопрос «Кто платит за ошибку ИИ?», любые разговоры о превосходстве нейросетей над человеком в клинической практике преждевременны.
?: Красивая теория, которая разбивается о суровую реальность клиник. Во-первых, «помощник» требует колоссальной инфраструктуры, которую в большинстве регионов никто не оплатит. Во-вторых, вы забываете про феномен «слепого доверия к авторитету». Проводились исследования: когда врач знает, что ИИ уже выдал заключение, он подсознательно подстраивает свое решение под машину, даже если интуитивно чувствует, что что-то не так. Мы рискуем вырастить поколение врачей, которые разучатся думать, делегируя мышление «черному ящику».
?: Красивая теория, которая разбивается о суровую реальность клиник. Во-первых, «помощник» требует колоссальной инфраструктуры, которую в большинстве регионов никто не оплатит. Во-вторых, вы забываете про феномен «слепого доверия к авторитету». Проводились исследования: когда врач знает, что ИИ уже выдал заключение, он подсознательно подстраивает свое решение под машину, даже если интуитивно чувствует, что что-то не так. Мы рискуем вырастить поколение врачей, которые разучатся думать, делегируя мышление «черному ящику».